Белый расиалист. (nordman75) wrote,
Белый расиалист.
nordman75

Categories:

Борьба с еврейством в США.

Принято считать, что в США евреи всегда составляли "сливки общества" и что США чуть ли не были своеобразным "Израилем" до провозглашения собственно государства Израиль в 1947 году. Это ошибочное мнение распространялось советской пропагандой. Идеологи КПСС стремились привлечь антиеврейски настроенные элементы в СССР и странах "третьего мира", представляя США страной евреев, а СССР - страной, которая борется с "мировым сионизмом". В то же время, в Президиуме (Политбюро) ЦК КПСС до 1957 года заседал товарищ Каганович, товарищ Дымшиц до 1985 года занимал выский пост заместителя председателя Совета Министров СССР, а именем товарища Свердлова до сих пор заклеймлена крупнейшая область в России. Нижеприведенный текст является цитатой из книги "Еврейская мудрость. Этические, духовные и исторические уроки по трудам великих мудрецов", составляя главу 66 - "Антисемитизм в США". Возможно, этот текст немного отрезвит как тех, кто симпатизирует красному отребью только потому, что они якобы боролись с "жидомасонской Америкой", так и тех "правых интеллектуалов", которые искренне убеждены, что у респектабельных англосаксонких расистов, которым они стремятся подражать, основными противниками являются негры и мусульмане, а евреи им чуть ли не союзники. От себя отмечу, что в тексте, по странной случайности, нет ни малейшего упоминания об "охоте на ведьм" 1950-1954 гг., когда с подачи сенатора Джозефа Маккарти по обвинению в шпионаже в пользу СССР была осуждена целая группа левых интеллигентов, целиком состоящая из евреев, а двое из них, супруги Розенберг, отправились на электрический стул. В контексте тематики сообщества имеет смысл упомянуть и о том, что генерал Улисс Грант, чьи славные свершения описаны в самом начале текста, который командовал войсками северян на финальном этапе Гражданской войны, был рабовладельцем до тех пор, пока закон это позволял. Также я посчитал нужным удалить окончание статьи, повествующее об антиеврейских настроениях среди черных, потому что мнение ниггеров мне лично не особо интересно.

Улисс Грант и приказ № 11

Евреи как класс, нарушивший все правила торговли, определенные отделом казначейства, и также приказами военного отдела, данным приказом изгоняются из штата (Теннеси) и должны покинуть его пределы в двадцать четыре часа.
Генерал Улисс Грант , приказ № 11, 17 декабря 1862 года
Это – единственный случай изгнания евреев в американской истории. Генерал получил сообщение о том, что несколько еврейских лавочников занимались нелегальной торговлей. Но, однако, он изгнал не только этих торговцев, но всех евреев, включая женщин, детей и мужчин, занятых вполне легальной деятельностью – всего около 2 500 человек.
Через несколько дней Цезарь Каскел, глава еврейской общины г. Падуя (штат Кентукки), вместе с конгрессменом Керли из Огайо встретились в Белом Доме с президентом Линкольном. Впервые услышав о приказе Гранта, президент тут же аннулировал его, о чем Гранту сообщалось телеграммой.
Грант не принес извинений за свое поведение: когда через несколько лет он стал президентом, евреи испугались за свое благополучие. Но оказалось, что приказ № 11 был единственным антисемитским поступком Гранта. Он предложил Иосифу Зелигману, известному банкиру, пост секретаря казначейства (впервые еврею был предложен пост в кабинете, но Зелигман отказался); он был посаженным отцом на обрезании сына своего друга, Шимона Вулфа, и после серии правительственных нападок на евреев Румынии отправил еврея Пексиотто послом в Бухарест, снабдив его президентским посланием, осудившим дискриминацию по религиозному принципу. Все это привело румынское правительство в такое замешательство, что количество нападок на евреев резко уменьшилось.

Иосиф Зелигман и отель «Гранд Юнион»

Мистер Зелигман, я вынужден сообщить вам, что Судья Хилтон (управляющий «Гранд Юнион») дал инструкции, не позволяющие в будущем евреям останавливаться в этом отеле.
Служитель у стойки отеля – Зелигману, одному из самых известных евреев Америки того времени, 1877 г.
Генри Хилтон, протеже коррумпированного мэра Нью-Йорка Босса Твида и ярый антисемит, утверждал, что роскошный отель «Гранд Юнион» в Саратоге в штате Нью-Йорк приходит в упадок, так как среди его гостей слишком много евреев, и прочие клиенты недовольны этим.
Зелигман раздул огромный скандал; эта история заняла первые полосы всех газет. Хилтон (он не был родственником Конрада Хилтона, основателя Корпорации отелей Хилтон) не обратил на это внимания: «Закон позволяет человеку использовать свою собственность так, как он этого пожелает. И никто не может лишить меня моего права, даже если Моисею и всем его потомкам это и не по вкусу».
Историк Х. М. Шварц отмечает, что хотя первоначально симпатии были на стороне Зелигмана, в конце концов в результате «Дела Гранд Юнион» «образовался порочный круг усиления ограничений со стороны неевреев и развития отдельных служб сервиса для евреев» («История евреев в Америке»). Раз начавшись, дискриминация быстро распространилась на другие отрасли сферы обслуживания, и в газетах стали появляться объявления типа: «Евреев просьба не беспокоиться» или «Прием евреев исключен, даже если они обладают исключительными способностями».

Дело Лео Франка

Две тысячи лет назад другой губернатор умыл руки и отдал еврея толпе. Этого губернатора проклинали две тысячи лет. Если сегодня еще один еврей окажется в могиле из-за того, что я не выполнил свои обязанности, я буду всю жизнь винить себя в его смерти, винить себя в трусости и не смогу смыть его кровь со своих рук.
Губернатор Джорджии Джон Слэйтон, 21 июня 1915 г., заменяя смертный приговор Лео Франку на пожизненное заключение
В 1913 году Лео Франк, известный в Атланте еврей, был задержан по обвинению в убийстве четырнадцатилетней Мэри Фэйген, работницы его карандашного завода. Против него было очень мало улик, но обвинение тщательно скрывало все, что свидетельствовало в его пользу.
Арест Франка вызвал всплеск антисемитизма в Атланте. Во время судебного разбирательства толпа за окнами кричала: «Повесьте еврея! Повесьте еврея!» После вынесения приговора «(член жюри присяжных признался) журналисту с севера, что он понимал: если присяжные не вынесут обвинительного вердикта, то не попадут живыми домой» (Леонард Диннерштайн «Дело Дрейфуса в Джорджии», стр. 101).
Несмотря на явное нарушение правосудия (кроме всего прочего, главный свидетель обвинения признался своему адвокату в том, что совершил это убийство, и адвокат сообщил об этом судье). Верховный суд США отказался вмешаться, так что решение о приведении смертного приговора в исполнение оказалось в руках губернатора Слэйтона. Хотя могущественные противники Франка обещали Слэйтону место в Сенате в случае, если тот повесит еврея, губернатор провел тщательное расследование и убедился в его невиновности. Надеясь, что политический климат впоследствии изменится и Франк будет оправдан, Слэйтон заменил смертный приговор пожизненным заключением. Это на время остановило его политическую карьеру.
Через несколько месяцев толпа, в которую входило несколько бывших судей, бывший шериф и священник, вытащила Франка из тюремной камеры и линчевала его. Несколько десятилетий открытка, изображавшая его висящее тело, успешно продавалась на Юге.
В 1982 году, через шестьдесят девять лет после судебного разбирательства, восьмидесятитрехлетний Алонзо Манн, работавший посыльным на заводе Франка, признался, что видел, как Джим Конли, чернокожий служащий завода и главный свидетель обвинения, тащил тело девочки в подвал в день убийства. Мать Манна убедила его не ввязываться в судебное разбирательство. В 1986 году штат Джорджия объявил о посмертном помиловании Лео Франка.
«Дело Франка привело к появлению двух диаметрально противоположных организаций: Антидиффамационной* лиги Б’ней Б’рит (Сыны Завета; Франк был президентом отделения Б’ней Б’рит в Атланте), и возрожденного Ку-Клукс-Клана» (Jewish Literacy).

В Гарварде слишком много евреев?

Мысль о том, что любой мошенник, который, списывая, сдает экзамен, должен быть автоматически принят в университет, – является антиамериканской.
Президент Фаунс, Университет Браун, 1922 г.
Конечно, «мошенник» – это кодовое для антисемитов слово, которое значит – «еврей». Фаунс отрицал, что имел в виду евреев, он лишь хотел исключить жадных и властных, невнимательных и нелояльных (цит. по исследованию Мортона Розенштока «В Гарварде слишком много евреев?», стр. 103–104. Несколько цитат данного раздела взяты из этой работы).
К началу 1920-х годов количество евреев в ведущих учебных заведениях значительно возросло. Например, в 1922 году евреи составляли два процента первого курса Гарварда, в три раза больше чем в 1909 году. Президент Гарварда А. Лоуренс Лоуэл боялся, что процент евреев будет расти и далее. Поэтому он предложил ввести квоты на поступление евреев в университет.
Лоуэл утверждал, что действует в интересах не только университета, но и самих евреев. Так как увеличение числа евреев неизбежно вызовет всплеск антисемитизма, то эти ограничения якобы смогут успокоить антисемитов. «Если каждый колледж в США будет принимать ограниченное число евреев, то мы значительно ослабим расовые чувства студентов» (Цит. по Говарду Морли Сахару, «История евреев Америки»).
В анкете поступающего в Гарвард появился новый вопрос: «Менялось ли когда-нибудь ваше имя или имя вашего отца?» – достаточно прямой вопрос, позволявший выявить не только евреев, но и любых не англосаксов, иммигрантов и их потомков.
Не стоит говорить, что американские евреи не согласились с утверждением Лоуэла о пользе квот для них самих. Они-то отлично понимали, что квоты ставят под угрозу их процветание в Америке.
Если еврей проигрывает сражение за прием в университет, он проигрывает одну из самых важных битв, лишаясь права на вход в высокие профессиональные и коммерческие сферы.
Рабби Луис Ньюмэн
Евреи хотели, чтобы прием в университет основывался на способностях, а не на географии или происхождении. Как сказал Луис Маршалл, президент Американской еврейской общины: «Мы признаем только проверку характера и знаний».
К сожалению, евреи все же проиграли битву, и квоты были установлены во всех университетах Лиги Плюща (в некоторых – только формально, а в некоторых – очень строго). Около семисот других колледжей последовали их примеру.
Спасением американских евреев было то, что во многих колледжах и университетах, финансировавшихся муниципалитетами (как, например, городской колледж Нью-Йорка, который стали называть «Еврейским Гарвардом») не ввели квот, так что способные евреи все же получили возможность учиться. Но все труднее становилось поступить в элитные учебные заведения. В 1923 году, до введения квот, на медицинском факультете Колумбийского университета евреи составляли более 50 % студентов. В 1928 году – меньше 20, в 1940 году – 6,4 %. Доктор Уильям Рэпплей, декан медицинского отделения, объяснял: «В медицине количество представителей всех рас и религий должно быть пропорционально общему количеству их представителей». В это же время Медицинская школа Корнуолла ввела жесткую квоту, снизившую число еврейских студентов с 40 процентов в 1920 году до 5 % в 1940-м году (Марсия Грэхэм Синнот, «Антисемитизм и американские университеты»).
Университеты также без всякой охоты принимали на работу еврейских преподавателей. Историк Г. М. Сахар пишет: «В 1920 году в американских университетах работало менее сотни преподавателей-евреев. Годы учения ушли впустую, великие умы оставались без дела, карьеры зашли в тупик» («История евреев Америки»).
После войны, особенно в 1960-х годах, квоты стали исчезать и количество евреев среди студентов и преподавателей ведущих учебных заведений значительно возросло. Интересно отметить, что в 1920-х годах на квотах настаивали правые политические силы, а сейчас такие требования – удел левых движений.

Генри Форд

Международные финансисты стоят за кулисами всех войн. Это – международное еврейство: немецкие евреи, английские евреи, французские евреи, американские евреи. Я знаю, что во всех этих странах, кроме нашей, всем заправляют еврейские финансисты: вот чем нам угрожают евреи…
Генри Форд в интервью с Юджином О’Нилом для «Нью-Йорк Уорлд», 1920 г..[38]38 Цит. по Говарду Морли Сахаруу, «История евреев Америки»
Генри Форд (1863–1947), основатель концерна «Форд» и изобретатель конвейера, был одним из самых популярных американцев своего времени. Опрос, проведенный перед президентскими выборами в 1923 году журналом «Collier», выявил, что автомагната, который даже не был кандидатом, поддерживала большая часть опрошенных. Это усиливало тревоги евреев.
Форд владел «Дирборн индепендент» – газетой, широко распространявшейся через сеть автомобильных салонов. Начиная с 1920 года Форд развернул на страницах этой газеты самую крупную антисемитскую кампанию в американской истории. Разбитое на 99 выпусков, в ней печаталось любопытное произведение: «Международное еврейство: мировая проблема». Неделю за неделей читатели находили в газете отрывки из «Протоколов Сионских Мудрецов» – этой одиозной антисемитской брошюрки, причем в дополненном виде. Вот основные идеи этих статей:
• Евреи по всему миру вступили в заговор для контроля над финансами и политикой.
• Евреи виновны как в негативных проявлениях капитализма, так и в зверствах коммунистов.
• Евреи хотят разрушить все религии мира, кроме иудаизма.
• Евреи не думают о благе общества, в котором живут, а пекутся лишь о благе своего народа.
Когда Форд купил «Дирборн индепендент», тираж этой газеты не превышал семидесяти тысяч экземпляров. К двадцать пятому году он вырос в десять раз. Чтобы обеспечить распространение своих идей, Форд издал четырехтомник «Международное еврейство», в который включил все статьи, опубликованные в газете.
Хотя многие выдающиеся американцы, включая президента Вильсона и бывшего президента Тафта, осуждали антисемитскую кампанию Форда, другие, в особенности сельские жители, разделяли его взгляды. Ненависть к евреям распространилась даже на организации, которые никогда доэтого не были врагами евреев. Историк
Г. М. Сахар отмечает, что «Монитор Христианской науки», позже ставший одним из главных критиков Израиля (это был единственный журнал, осудивший евреев за освобождение заложников в Энтеббе в 1976 году), озаглавил июньский выпуск 1920 года «Еврейская опасность» («История евреев в Америке», стр. 315).
Несколько лет евреи не знали, что делать с этой проблемой. Американские законы защищают от клеветы только отдельную личность, но не группы людей. Если в каком-нибудь журнале выходил рассказ о том, что евреи пьют кровь христианских младенцев на пасхальном Седере, община не могла подать на журнал в суд. Только в случаях, когда упоминаются отдельные личности, якобы выполняющие этот ритуал, они могли потребовать разбирательства. Поэтому когда «Дирборн индепендент» поместила материал, обвинявший Аарона Шапиро, известного адвоката, в попытках захватить все сельскохозяйственные ресурсы и производство Америки, Шапиро подал в суд. В процессе продолжительной тяжбы Форд стал объектом настолько негативного внимания, что даже его собственный сын, Эдсель, попросил его прекратить антисемитскую кампанию и добиться мирного соглашения. Форд пошел на это и даже опубликовал открытое письмо, в котором приносил евреям свои извинения. Текст был составлен Луисом Маршаллом, ведущей фигурой в американской еврейской жизни того времени:
«Я, как честный человек, обязан исправить то зло, которое я причинил евреям, своим соотечественникам и братьям, и для этого я прошу их простить меня за все, что я нечаянно совершил против них; и уверяю их, что с этого момента они будут видеть во мне пример дружбы и доброй воли…»
Однако вред, принесенный антисемитской кампанией Форда, исправить было нельзя. Гитлер считал «Генриха Форда» своим выдающимся американским союзником и издал в Германии перевод «Международного еврейства». Много лет спустя Форд признался в беседе с другим американским антисемитом, Джеральдом Л. К. Смитом, что и сам надеялся когда-нибудь выпустить второе издание этой книги.
Кроме того, деятельность Форда облегчила введение иммиграционных квот в 1924 году. (После «откровений» «Дирборн индепендент» кому захочется впускать сынов этого враждебного и хитрого народа?)
Парадоксально, но антисемитская пропаганда в Америке между двумя мировыми войнами принесла больше вреда европейским, чем американским евреям. Иммиграционная квота на основе страны происхождения не позволила сотням тысяч евреев въехать в США в момент, когда это было для них вопросом жизни и смерти.
Люси Давидович, «Разговор на равных: евреи в Америке, 1881–1981 гг.», стр. 93

Чарльз Линдберг

Три группы людей, которые отчаянно старались втянуть эту страну в войну – это британцы, евреи и администрация Рузвельта… Вместо призывов к войне, евреям следовало бы любыми способами ей противиться, ибо они первыми почувствуют на самих себе все ее печальные последствия.
Чарльз Линдберг, 11 сентября 1941 г., обращаясь к толпе в ходе Первого американского ралли в Де-Мойне, Айова
Чарльз Линдберг (1902–1974) был первым летчиком, который в одиночку пересек Атлантику (май 1927 г.) и одним из самых популярных американцев своего времени. С начала Второй мировой войны он стал видной фигурой в Первом американском комитете, организации, настаивавшей на нейтралитете США в войне между Англией и Германией. Защитники Линдберга утверждают, что им двигал страх перед Германией, а не его пронацистские убеждения. Однако есть причины полагать, что Линдберг восхищался нацистами. Например, он не отказался от медали, врученной ему нацистом Германом Герингом. Линдберг обычно называл английские лагеря военнопленных «концентрационными лагерями», а Аушвиц и другие лагеря смерти – «немецкими тюремными лагерями»
(Л. Мосли, «Линдберг: биография» стр. 273). «Если бы только американцы были на нужной стороне в этой войне!», – кричал он в ответ на попытки Рузвельта помочь англичанам в битве против гитлеровской армии (там же, стр. 282–283).
Историк Уильям О’Нил приходит к такому выводу: «Насаждая пораженческие настроения и выступая против подготовки к войне, Линдберг нанес больше ущерба стране, чем любое другое частное лицо нашего времени» («Демократия и война», стр. 49).
Особый «зуб» Линдберг имел на евреев, которые хотели, чтобы США присоединились к союзникам или, по крайней мере, оказали им поддержку. Его утверждение, что евреи, если они втянут Америку в войну, «первыми пострадают от этого», казались многим неприкрытой угрозой. Это помешало евреям настоять на бомбежках железных дорог, ведущих в лагеря смерти, так как они боялись, что война может быть воспринята многими как «еврейское дело». Интересно, что жена Линдберга, известная поэтесса Анна Морроу Линдберг, разделявшая в целом взгляды мужа, пыталась отговорить его от произнесения речи в Де-Мойне. Согласно ее дневнику (14 сентября 1941 г.), она сказала: «Я предпочитаю видеть эту страну втянутой в войну, чем охваченной волной жестокого антисемитизма» (там же, стр. 49). Линдберг, который обычно считался с мнением своей жены, на этот раз проигнорировал его.
В этой речи Линдберг набрасывается на евреев как на главную угрозу благополучию Америки:
«Величайшую опасность для нашего общества представляют огромные владения (евреев) и их влияние на нашу киноиндустрию, радио и правительство».
Возможно, ненамеренно, но слова Линдберга перекликаются с печально известными «Протоколами Сионских Мудрецов». Кстати, их издатель, Генри Форд, был другом и, позднее, начальником Линдберга.
Когда спустя три месяца Япония напала на Перл-Харбор, Америка вступила в войну и «закрыла лавочку» Первого американского комитета. Вскоре стало ясно, что в его состав входили немецкие агенты и другие профашистски настроенные деятели (см. Г. М. Сахар, «История евреев в Америке», стр. 521, 657 и 876). Популярность Линдберга резко упала, но его взял под свое крылышко Форд, приняв на должность «технического консультанта» (там же, стр. 315). Но к этому моменту идеи Линдберга успели отравить миллионы умов.

Буханен и Фаррахан: антисемитизм крайне левых и крайне правых

Только две группы людей бьют в барабаны… по поводу войны на Ближнем Востоке – Министерство обороны Израиля и его приспешники в США.
Патрик Буханен, 1990 г., в телепрограмме «Группа Мак-Лафлин»
Буханен, который занимал высокие посты при Никсоне и Рейгане и был кандидатом в президенты от республиканцев в 1992 году, брал пример (возможно, нечаянно) с Линдберга. Как и Линдберг, он любил говорить, что ставит интересы Америки превыше всего. И, подобно высоко залетевшему авиатору, он обвинял евреев в попытках втянуть Америку в войну – на этот раз против Ирака, который в августе 1990 года оккупировал Кувейт.
Буханен не считал себя антисемитом. Однако он написал статью, в которой указал четырех людей, втягивающих США в «ненужную войну»: A. M. Розенталя, журналиста и бывшего выпускающего редактора «Нью-Йорк Таймс», Ричарда Перла, бывшего помощника секретаря Министерства обороны, ведущего другой газетной колонки – Чарльза Краутхаммера, и бывшего госсекретаря Генри Киссинджера. В другой статье, явно дополняющей первую, он пишет, что в этой войне будут умирать «мальчишки с именами Макалистер, Мерфи, Гонзалес и Лерой Браун».
Политический комментатор Уильям Бакли счел два последних заявления доказательством антисемитских убеждений Буханена. Почему он возлагает ответственность за войну с Ираком, которая получила весьма широкую поддержку в США, – на четырех людей, при том, что все эти четверо – евреи? «A. M. Розенталь писал о проблеме Хуссейна не больше, чем Джеймс Джексон Хилпатрик, другой журналист. Ричард Перл был занят этой проблемой не больше, чем его предшественник – Фрэнк Гафни; Чарльз Краутхаммер – не больше, чем Джордж Уилл. А Генри Киссинджер был озабочен этим не больше, чем сменивший его Александр Хэйг. Вот вам четверо христиан (так же понимавших вопрос)» («В поисках антисемитизма»).
Опуская имена неевреев, выступавших в поддержку войны с Ираком, Буханен также утверждал, что единственной страной, заинтересованной в ней, был Израиль. Но Саудовская Аравия и Египет гораздо более явно, чем Израиль, высказали свое недовольство оккупацией Кувейта. Почему же Буханен выделил именно «Министерство обороны Израиля и его приспешников в США»?
Конечно, не потому, что только эти структуры склоняли Америку вступить в войну.
Буханен получил поддержку как от крайне левых, так и от крайне правых. Эти два политических крыла обычно сильно конфликтуют между собой, но всегда объединяются против Израиля и евреев. Так, издание «Нация», принадлежащее левым силам, которое в обычной ситуации не нашло бы и пары добрых слов для Буханена, утверждало, что из шума, поднятого по поводу его заявления, становится ясно, что «журналистам стоит проявить столько же осторожности, бросая обвинения в антисемитизме, сколько они проявляют бдительности, выискивая зараженных этой болезнью» (цит. по Иешуа Моравику, «Патрик Дж. Буханен и евреи», «Комментарий», январь 1991 г).
Пытаясь очистить Буханена от обвинений в антисемитизме, «Нация» преследовала собственные цели. За пять лет до описываемых событий в юбилейном номере, посвященном 120-летию этого издания, вышла антисемитская статья популярного историка Гора Видала – «Любители империи наносят ответный удар». Статья в основном состояла из нападок на американских неоконсерваторов Миджа Декстера и Нормана Подгореца: «Конечно, я люблю свою страну, – иронизирует Гор Видал по поводу критических замечаний Декстера. – В конце концов я ее современный биограф. Но, раз уж мы заговорили об этом, скажу вам, что я не очень-то люблю вашу страну – Израиль». Несмотря на волну протестов, главный редактор «Нации» Виктор Навасский, еврей, отказался признать антисемитским заявление о том, что американских евреев, выступающих в поддержку Израиля, нужно считать израильтянами.
В течение всех девяностых годов ненависть к Израилю и американским евреям, защищающим его, объединяла ультралевых и ультраправых. Поэтому, когда ультраправый журналист Джозеф Собрен (чья нелюбовь к Израилю была так сильна, что Уильям Бакли запретил ему высказаться на эту тему на страницах «Национального обозрения») нашел американского еврея, достойного восхищения, им оказался Ноам Хомский, профессор Массачусетского технологического колледжа, левый радикал, который как-то назвал Министерство обороны США «самым вероломным учреждением на земле»
(«О сопротивлении», «Книжное обозрение Нью-Йорка», декабрь 1967 г.) и который выступал за публикацию книги неонациста Роберта Фориссона, объявлявшей Холокост выдумкой сионистов. Так как Хомский разделял ненависть Собрена к Израилю и осуждал войну с Ираком, Собрен писал о нем: «Он проявляет более глубокие и прекрасные черты еврейского характера, чем евреи-шовинисты. Он – настоящий израильтянин, лишенный коварства» (Собран в письме к Вильяму Бакли, цит. По Уильяму Бакли, «В поисках антисемитизма»).
Сейчас самую большую опасность для американского еврейства представляют ультраправое крыло Республиканской партии и ультралевое крыло – Демократической.
http://ru-klansmen.livejournal.com/79209.html
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment